BLEACH. IMPOSSIBLE

Объявление

ЖЕЛАЕМ ВИДЕТЬ ВСЕЙ ДУШОЙ


ИЧИГО КУРОСАКИ

Куда без главного героя? Кто мир спасать-то будет? Да и пропускать очередные тренировки, это не по геройски! Мы ждем тебя, Ичиго!
ХИНАМОРИ МОМО

Милый цветок, весна уже показалась у порога, твоей теплой улыбки ждут целых два твоих капитана!
УРАХАРА КИСКЕ

Тут столько событий, одно страшнее другого, мир рушится, враги становятся друзьями, товарищи предают, и как же мы без самого главного гения разберемся во всей этой неразберихе? Ты нужен там Урахара!
ИНОУЭ ОРИХИМЕ

Принцесса, нежная и заботливая, там так не хватает твоего тепла. И, если герой нужен для спасения мира, то ты создана, чтобы спасать его, ну и мир заодно.
ИЧИМАРУ ГИН

Ты выжил и отчеты давно позади, но твое отсутствие пагубно влияет, как на твоего преданного лейтенанта, так и на нас всех. Скорее возвращайся!
ОТОРИБАШИ РОДЖИРО

Роуз, ты как редчайший экземпляр скрипки Страдивари. Хирако ждет не дождется товарища-вайзарда, да и Кира без присмотра творит дичайшую дичь. Не хорошо оставлять товарищей. Найдись же, творец!

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

С новой страницы начинаем вторую главу. Но нам не хватает вас, дорогие друзья, без тех замечательных людей, которые двигают сюжет, живут бличом и просто наслаждаются жизнью!

У нас много свободных ролей и есть особо вкусные предложения! И особо требующиеся - Гин, Зараки, Хиори, Роуз и Урахара!

СКРОМНЫЙ ДЕМИУРГ

•Местное божество и милый талисман форума.

Связь
skype: envy_jeevas
ISQ: 347782171
Время игры: 20/06/2004
Рейтинг игры: 18+
Система: Эпизодическая
Мастеринг: Смешанный

ПОМОГАЕМ СТАТЬ СИЛЬНЕЙ


Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPРейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BLEACH. IMPOSSIBLE » ­Сюжетные эпизоды - bleach - » Гораздо легче строить вновь, чем перестраивать старое


Гораздо легче строить вновь, чем перестраивать старое

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Место действия: Мир живых. Каракура. VIP-палата в городской больнице.
Время: 20 июня, после заката.
Участники: Aizen Sousuke, Hirako Shinji, Kyoka Suigetsu, Ukitake Jushiro
Сюжет: После “душевной беседы”, Хирако Шинджи не торопился возвращаться в Готей и примерять на себя образ капитана. Прогуливаясь по городу он тоже услышал вой, но вместо того, чтобы бороться с последствиями в виде мелких пустых, он отправился к единственному возможному источнику проблемы, Айзену Соуске.

0

2

Свинцовая усталость, словно патока, разливалась по всему телу, проникая в каждую клеточку, в каждый атом, холодила кровь в жилах, проникала за пазуху и скапливалась ледяным жгутом на груди. Ни теплые воздух из приоткрытого окна, ни даже толстое одеяло не могло унять жгучего холода, который, кажется, парализовал не только утомленное бездействием тело, но и само сознание. Мысли в голове ворочались столь же медленно, словно муха попавшая в паучьи сети созданные из липкой, противной субстанции. И лишь одна выбивалась из общей тягучей массы - что произошло? Прям как в тот день, когда он оказался впервые в этом здании, в этой комнате, в этой...клетке. Что он пытался найти, когда позволил себе довериться первым встречным? Почему столь безрассудно позволил кому-то другому распоряжаться своей жизнью, тем единственным, что у него еще было своего и в итоге остаться ни с чем. Это ведь так глупо.
Но, сделанного не воротишь. И спросить-то не у кого. В палате было привычно тихо - ни гомона за дверью, ни голосов, лишь настенные часы мерно отбивали ритм времени попадая в унисон с мерным перестуком сердца. Тик-так, тик-так. Вдох. Выдох. Он еще жив. Айзен помнил и врача и странного парня, и то что произошло что-то очень-очень важное с ним, но лишь осколки лиц и фраз мелькали перед смежеными веками. И лишь одна из фраз отозвалась болезненной резью в глазах - не живой. С тихим вздохом, словно выдыхая все скопившееся давление, мужчина распахнул глаза и лишь тогда ощутил предательскую влагу скатившуюся по виску и растворившейся в кипельно-белой ткани наволочки. Сколько прошло времени с того последнего раза, когда он позволял себе хоть толику искренних чувств, уже и не вспомнить. И не только потому, что память отказывалась возвращаться к владельцу. Слишком много прошло времени с того дня, когда детство закончилось и началась новая жизнь. Нет, не так - выживание.
Взгляд скользнул по посеревшему потолку, отметив про себя, что лампы не горят, и остановился на окне из которого слабо подсвечивалась комната уличными, тусклыми, еще не разгоревшимися фонарями. Это было странным. Ведь, только что он стоял там, о чем-то разговаривал с Ишидой Рюкеном, а солнце мягко грело лицо, словно пытаясь последними лучами обогреть каждого усталого путника на этой усталой и бренной земле.
И был еще один, как же его звали? Гин. Да, точно. Ичимару Гин.
Что произошло потом, он не запомнил, лишь набор странных слов, удар и темнота. Да, удар точно был, иначе с чего бы голове так усиленно стараться делать вид, будто она колокол, который лучше не шевелить и даже не трогать, иначе шарик внутри начинает двигаться и болезненно биться о черепную коробку. И всё же, поднявшись через силу, стараясь не делать лишних движений, мужчина смог спустить ноги с опостылевшей больничной койки и налить себе стакан воды. Почти залпом выпив живительную влагу, сразу стало полегче - дышать, двигаться, соображать - словно скинув с себя временное оцепенение. Хотя, кто знает, может это оно и было? После всего произошедшего ранее, которое мало помалу возвращалось в памяти и хаотично укладывалось в голове, с трудом верилось, что у врача не завалялись еще какие-нибудь интересные фокусы в рукаве.
- Шинигами. Ну надо же… - губы чуть дернулись и исказили лицо в подобии полуулыбки, полу-оскала. Несмотря на бредовость слов, положения в целом, ясно было одно - надо бежать. Вот только куда? Ему говорили, что какие-то тесты показали неплохой интеллект, вот только этого знания было недостаточно, для одного простого решения уравнения, как покинуть комнату запертую на ключ? Один вариант правда был. Соуске поднялся, пошатнулся, но удержавшись на ногах, неторопливо подошел к окну попутно накидывая на плечи теплое хаори. Створки поддались легко, впуская в комнату дерзкий, по ночному свежий и абсолютно свободный воздух, который принялся трепать шторы и темные волосы клиента этого приюта скорби. Прикрыв на мгновение глаза, он наполнил полную грудь воздуха, желая самому стать таким же свободным и независимым от чего или кого бы то ни было. Но прыгать в окно, рискуя разбиться, это право слова совсем уж неразумно. Кем бы его не назвали, но ходить по воздуху и делать из ничего что-то, таких талантов он за собой за все это время не наблюдал.
Но, в противовес своим мыслям, мужчина все же высунулся в окно по пояс, придерживаясь лишь за откос и рискуя вывалиться. Если забыть о том, где он, то открывшийся вид на пустой парк с высоты последнего этажа был похож на картинку, идеальную картинку - пустые тропинки и скамейки, темные кроны деревьев уходящие вдаль покачивающимися в унисон и тишина, лишь гул машин где-то вдалеке, а там впереди, тонкие иглы высоток с яркими огнями - окон, за которыми била жизнь, настоящая, а не то подобие, которое в очередной раз приходилось ему вести.
[icon]http://s5.uploads.ru/wsaxX.jpg[/icon]

+1

3

Вайзард явно не так представлял себе свой единственный выходной на старой-новой должности гобантай-тайчо. После сегодняшней вылазки в Генсей и недавнего разговора со старыми товарищами по ангару, Хирако совсем было приуныл. Все-таки не каждый день приходится возвращаться туда, где стальные цепи прочно держат твою душу, притянутую к одному месту. Сто лет не проходят так просто, особенно если они и вовсе были не простыми.
- Какой-то кривой день получился, однако. Вот только что-то частенько в моей жизни все идет слишком криво. Это все потому, что я плоский?
Шинджи шел по такой знакомой дороге, привычно болтая с самим собой. Он не волновался, что его могут счесть странным. Давно бы уже сочли, вот только поблизости никого не было. Да и если был бы кто-нибудь, вайзарду было бы наплевать. Его всегда считали странным, что было верным, ведь обычным он не был никогда. Делать вопреки и переворачивать мир давно вошло у него в привычку.
В последние месяцы его окружило слишком много забот. Быть может, даже чуточку больше, чем тогда, когда квинси решили атаковать Готей, одним ударом разбив столь неподготовленные к такому нападению силы шинигами. Тяжело было заново отстраивать рухнувший мир. Почти так же трудно, как заново перестроить себя когда-то давным-давно. Но у него же получилось, верно? Значит, получится и сейчас.
И лучше бы это снова были отчеты и привычная волокита, на которую Шинджи так любил поворчать на досуге, стараясь передать все свои дела лейтенанту, нежели новая приближающаяся череда жизненных передряг. Вот теперь еще добавились проблемы с остальной шайкой-лейкой. И если некоторых из них еще как-то можно убедить в том, что надвигается громадный армагеддец, то одна особа с веснушками явно не станет его слушать. Впрочем, Шинджи было весьма и весьма интересно что думает на этот счет Урахара Киске, который, как известно, так же жил в мире людей и вряд ли собирался перебираться в Готей. Да и Маюри бы не потерпел такого соседства спустя сто лет с небольшим. Опять же, магазин так просто нельзя бросить, детей обратно в детдом не сдать. Но это уже все мелочи жизни.
"Надо будет чуть позже заглянуть к шляпнику, погутарить о жизни за чашечкой чая".
Впрочем, на данный момент в Генсее была еще одна особа, за сохранность которой Хирако крайне беспокоился, хотя бы потому, что отвечать он за нее будет своей головой. Говорят, в блондинистой шевелюре совсем незаметно седых волос, вот только если произойдет самое страшное, гобантай-тайчо сразу полысеет, ведь не каждый день снова приходится переживать страшные кошмары. Конечно, многое изменилось, вот только его бывший лейтенант вряд ли оценит помощь, которою ему оказали шинигами, лишив практически всего в этом проклятом мире.
По иронии судьбы Соуске и Шинджи поменялись местами. Когда-то здесь, абсолютно без ничего, всеми покинутые, преданные и забытые, ставшие жертвами хитроумного обмана были они. Теперь же все изменилось. В Генсее оказался его бывший враг - тот, кого много лет Хирако мечтал задушить собственными руками, разобрать на духовные частицы, уничтожить, забыть, словно страшный сон. И оказался он в таком же ничтожном положении. И Шинджи теперь испытывал к бывшему противнику весьма двоякие чувства. Подозрительность, вскормленная многими годами, возраставшая между ними изо дня в день, из часу в час, так никуда и не делась, вот только теперь, махнувшись местом под солнцем, каким-то уголком души вайзард жалел бывшего лейтенанта. Но в то же время все так же продолжал подозревать и опасаться.
Размышляя о том и об этом, Шинджи купил пакет апельсинов и какой-то газировки цвета вырви-глаз в круглосуточном ларьке и отправился туда, где его явно не ждали, полностью игнорируя изменение реацу и появление пустых в городе. В конечном счете, вайзард был не единственным защитником города, зато в этот час у него были иные, не менее важные дела в Каракуре. С пустыми всегда может разобраться Ичиго или его друзья. Его, Хирако, сегодня тут и быть не должно. Если каждый раз бегать на помощь, то рано или поздно тебе сядут на шею.
- Главнокомандующий назначил меня приглядывать за ним, верно? Вот я и приглядываю, один хрен этот валенок ни хрена не вспомнит.
Ворча себе под нос, Шинджи медленно добрался до клиники, которой заведовал один небезызвестный квинси. Конечно, можно было в мгновение ока пересечь весь город, стоило просто лишь воспользоваться техникой шунпо, но легкие варианты были не в стиле гобантай-тайчо. Зато нестандартные появления очень даже были в его духе.
- Больница закрыта для визитов. А если кто-то из родственников больных работает допоздна, как, например, я? Совсем о людях не думают,нелюди.
Палату пациента, к которому стремился капитан пятого отряда, выдавали искусно наложенные чары. Вот только жаль, что слабоватые для его уровня.
- Фи, это они называют охраной. Обойти так же легко, как конфетку у ребенка отобрать. Черт, чем мы думали, когда отпускали Айзена в Генсей? Держу пари, это все хреново закончится.
Сдув со лба непослушную челку, Хирако поморщился и спокойно, будто это было для него естественно так же, как и дыхание, пошел по воздуху, совершенно не заботясь о возможных косых взглядах и статьях в желтых журналах о мужчине, сумевшем преодолеть гравитацию. Все равно им никто никогда не поверит.
Удивительно, но бывший лейтенант, лишенный памяти и всех своих возможностей, ибо о них он и не помнил, словно чувствовал присутствие старого капитана, иначе как можно было объяснить то, что Соуске высунулся из окна? Вышел подышать свежим воздухом и полюбоваться на лучи заходящего солнца?
- Приветики, Соуске, как давно не виделись. Решил запустить в комнату побольше мошкары, чтобы было нескучно спать?
Шинджи растянул тонкие губы в широкой улыбке, шуря хитрые карие глаза. Конечно, он понимал, что может своим действием вызвать всплеск воспоминаний в голове бывшего лейтенанта, тем не менее Хирако жутко хотелось проверить что помнит непосредственно сам Айзен и как далеко можно заходить за границы в их давней игре разума. Опять же, сейчас в позиции лидера снова оказался он, в то время как старый противник был слаб, практически беззащитен. Что стоит шинигами уровня Хирако Шинджи убедить практически простого человека поверить в то, что их встреча ему всего лишь приснилась? Сущий пустяк. Тем более, что учитывая обстоятельства, Айзен Соуске, как и любой смертный, обладающий реацу, находящийся в мире живых тоже начинал терять свою силу. А без меча и памяти ему, своему капитану, он и вовсе не противник.

+1

4

За стеклянным взором обращенным вдаль, ничего нельзя было разобрать, ни бурную активную мыслительную деятельность, ни гениальные планы, которых там и не было, была лишь ненормальная усталость, она давила на плечи, закрывала веки, стирала мир перед глазами, превращая городские красоты в размытые фокусом пятна. Это казалось чем-то до жути неправильным, каким-то наказанием, которое он безропотно отбывает. Для человека живущего лишь сознанием, живыми идеями, мыслями уходящими за границы мироздание, их полное отсутствие и невозможность силой вернуть всё на круги своя, настоящая пытка. Это можно назвать ленью или каким-то подсознательным нежеланием бороться, стремиться, действовать. Да чем угодно, только бы не признаваться, самому себе в первую очередь, что он превращается в какой-то овощ. Мерзко, отвратительно. Кто в здравом уме позволил бы себе такой участи?
Казалось, что если взять и умереть, закрыть глаза и исчезнуть из этого прекрасного, но утомительного мира, ничего не измениться, только перестанет существовать столь никчемный элемент - врачу не нужно будет рассказывать байки, тому странному парню не придется возиться с беспамятным начальством, да и сожалеть о его исчезновении в этом мире будет некому. У него никого нет. Никого живого. Возможно, когда-то давным-давно у него была семья, но не в этом времени, не в этом городе, и даже не в этой реальности.
Стоит лишь закрыть глаза. Чуть податься вперед. Вдохнуть поглубже воздуха и...
Но, реальность разбилась как хрупкое стекло от сарказма в голосе, принадлежавшего явно не ему, но звучащему слишком рядом и обращающегося явно к нему по имени, буквально напротив, чего собственно быть не должно, ведь там десятки метров над землей. От одной только этой мысли по спине прошел озноб. Любой здравомыслящий человек ходит через двери, которая была за спиной. Оттуда айзен и ожидал появление, кого-либо, санитарку, Рюкена или кого из мед.персонала.
Однако, распахнув от удивления глаза, перед его взором действительно был человек, не совсем человек, правда, донельзя довольный учитывая его широкую улыбку и абсолютно безразличный к законам гравитации. От такого вырывающегося из разряда нормального действа, Айзен с криком дернулся обратно в комнату, спотыкаясь о собственные ноги и больно приземляясь на пол, ударяясь о собственную постель с жестким металлическим каркасом спиной. Да так и остался сидеть, замирая и забывая как дышать, лишь неотрывно глядя в лицо незнакомца, опасаясь опустить взгляд, лишь догадываясь о том, что этому внезапному чуду природы не нужна опора под ногами, то, о чем о только что думал, то, что ему недоступно и так … желанно?
- Ты… как? - В тихом, с хрипотцой голосе, как после долго молчания и будто бы он не был только что, а как минимум неделю сидел без воды, звенела паника. Да и вопрос можно было понять двояко, словно бы он узнал его, хотя был задан скорее о том, как он умудряется ходить по воздуху, и тут же ответил, скорее себе, чем кому-либо еще. - Ты ведь… шинигами, верно?
Отвечать вопросом на вопрос, не очень вежливо, но и с ним никто не поздоровался по всем правилам этикета, так что было плевать на это. Сегодня было слишком много удивительных событий, и чем дальше, тем более шокирующими. Выдержка трещала по швам и рисковала перерасти в панику, но не смотря на ситуацию, Айзен довольно быстро взял себя в руки, лишь в уголках глаз предательски мелькнула бездонная чернота и тут же постыдно скрылась с глаз.
- Мне рассказывали о вас. - Глядя исподлобья, продолжил он предупреждая возможный ответ. - А я не верил… не хотел верить. - Отведя взгляд наполненный тоской, мужчина задумался о чем-то своем, оставляя при себе рой невысказанных вопросов, невообразимых догадок и наивных предположений, он поднялся опираясь на матрац. Все же, как бы он не выглядел, гордость не позволяла ему, как простому смертному выглядеть недостойно и жалко, а перед этим существом, которое то ли спустилось, то ли поднялось к нему сюда, тем более. Какое-то чувство, возможно интуиция, подсказывали, что это не чужак. Не в том смысле, что он его не знает и не помнит, а то, что по имени абы кого не называют. Только было все равно не понятно, где были эти, с позволения сказать, знающие его люди, когда они были так нужны?
Вопросы. Вопросы требующие ответа, но они так и остаются вертеться на языке, как горькая таблетка, которую и проглотить не получается и выплюнуть нельзя. Противно. И почему это так раздражает? Злость, острая, как кинжал вскрыла застарелые раны и провернула лезвие, не давая закрыться, отрезвляя болью и сбрасывая остатки кидо, как лоскуты обветшалого платья. Уже ясным, ледяным взглядом прожигая не званного гостя.
- Я не буду спрашивать, откуда ты меня знаешь? - Вот уж точно простая задачка на сложение, сколько будет дважды два? Кто-то из служебного “прошлого”. Только вот Соуске уже не тешил себя иллюзиями насчет реально действующей организации в этом мире, мире людей. А та самая организация о которой говорил Исида. - А, так же о том, какого черта шинигами принесло сюда? Спрошу иначе. Почему? Почему я здесь? Что вы со мной сделали? - Он сам не понял как оказался напротив, а руки сжали плечи Шинджи встряхивая того и повышая голос, не сильно заботясь о том, что его могут услышать обычные пациенты. Хотя, учитывая как долго его скрывают от людей, было даже не подозрение, а уверенность, что даже если здесь будут проходить военные действия или пытки с истошными воплями, то никто, ни одна живая душа об этом даже не узнает.
[icon]http://s5.uploads.ru/wsaxX.jpg[/icon]

+1

5

Наблюдая за тем, как Айзен кубарем вкатывается обратно в палату, Хирако как никогда захотелось рассмеяться. Впрочем, его реакция ничуть не была удивительной, все-таки бывший лейтенант ничего не помнил из своей прошлой жизни, а, как известно, у обычных людей ходящий по воздуху человек всегда вызывает шок и суеверный ужас. Сдержав смешок, Шинджи без приглашения вошел в палату и бесцеремонно уселся на кровати пациента. Конечно, банальные нормы вежливости ни в коем разе не позволяли себя так вести, вот только о вежливости вайзард разве что в книжках читал. В конечном счете, не первый день они с Айзеном знакомы (пусть для самого бывшего лейтенанта это было вовсе не так), чтобы вести себя по-идиотски соблюдая все нормы этикета. Что он, девушка какая что-ли симпатичная?
Взгляд гобантай-тайчо заскользил по стенам палаты, надолго нигде не задерживаясь. Отметив про себя до безобразия ровные стены и кипельно белый потолок, Шинджи удовлетворенно кивнул. Обнаружив торчащий из-под подушки пульт от телевизора, вайзард бесцеремонно схватил его и включил висящий на стене зомбоящик. Надолго не задерживаясь ни на одной передаче, Хирако щелкал по клавишам пульта, то и дело переключая каналы. Зацепив взглядом знакомую дебильную передачу, столь любимою Лавом, у Шинджи задергался глаз и он для верности переключил каналов десять сразу, а затем отложил пульт в сторону.
- Слушай, а ты тут хорошо устроился, Соуске. Я, наверное, к тебе перееду, а то мне до сих пор в казармы ящик не выделили. Видать, придется самому тащиться в Генсей за телеком.
Пока "хозяин" помещения приходил в себя, Шинджи словно и забыл, что они враждовали многие годы. Слишком уж сейчас Айзен был жалок, находясь перед ним в качестве обычного человека без памяти. Несмотря на всю свою паранойю, Хирако прекрасно понимал - такое сыграть невозможно. Даже Соуске, непревзойденному актеру театра и обмана. Тем не менее, кое-то в речи бывшего подчиненного крайне насторожило блондина. Откуда он знал про шинигами? Конечно, в Генсее про богов смерти существует немало легенд, однако слишком уж подозрительно это упоминание из уст Айзена. Неужели Ишида все рассказал ему? Не может этого быть, не стал бы Рюукен в это вмешиваться и вставлять Готею палки в колеса. Тем не менее, барьер, вокруг палаты Соуске, говорил о том, что квинси прекрасно догадывался о "необычности" своего пациента.
- Шинигами? - Хирако непринужденно рассмеялся. - Вас тут что, грибами на завтрак, обед и ужин кормят? Я мойщик окон в этой больнице. Клиника закрыта для посещений в такой час, а я только освободился. Надо же было навестить мне старого доброго друга, оказавшегося в таком положении? Вот и помогла мне страховка. Кто тебе вообще такую чушь тут рассказывал?
Вынув из пакета газировку, принесенную Соуске, Шинджи открыл пробку и сделал несколько глотков, щуря карие глаза. Напившись, вайзард продемонстрировал Айзену синий язык с пирсингом-кольцом.
- Смотри, посинел. Прикольно, правда же? На, выпей.
С довольной рожей Хирако вручил бывшему лейтенанту бутылку прямо в руки.
- В смысле что мы с тобой сделали? Ты пропал из дома, тебя не было несколько дней. А потом мне сказали, что ты башкой своей тупой ударился и все, потерял память. Амнезия типа. или как там это называется у врачей, я не шарю.
Скорчив недоумевающую рожу, Шинджи задумался.
"Рассказывали, значит. Интересно, кто бы это мог быть? Никто из наших точно бы не стал этого делать, а Ишиде это совсем не нужно. Странно".
Ломая комедию, Хирако прекрасно понимал, что Соуске ему вряд ли поверит. Тем не менее, у Шинджи теперь появилась масса вопросов, на которые ему крайне хотелось узнать ответ. Как много знает Айзен? Неужели он что-то помнит из своего запутанного прошлого? Нет, крайне вряд ли. Всегда можно "подправить" бывшему лейтенанту воспоминания, вопрос только в том насколько далеко их надо подправить. Главное сейчас - узнать ответы на интересующие его вопросы.

+2

6

Ложь. Чистая и незамутненная ложь, прикрытая тонкий флером непринужденности. Он чувствовал это, ощущал всем своим естеством фальшь в словах блондина. И было в этом что-то естественное. Не в том, что ему сейчас несли чушь прямо в лицо, а то, что он спокойно и ясно различал искренность ото лжи. Множество мелких, но слишком заметных не состыковок в речи незнакомца и его действий, даже в таком неприятном сейчас состоянии, как непонимании происходящего, подобное панибратство из уст незнакомца звучало раздражающе. Со стороны такое поведение оправдывалось бы при близком знакомстве, это даже казалось нормальным, если бы не шедшие за этим “но”. И, что удивительно, от Гина с подобными речами не чувствовалось этого. Дело в людях или в том, что он уже видел и слышал сегодня слишком много? И самое главное уже было сказано - у него нет здесь ничего и… никого. И этот факт, с безмолвным согласием его нового знакомца, делал любую попытку сейчас сделать из него обычного потерявшегося друга, у которого здесь есть, и дом, и жизнь, бесполезной априори.
- Почему… почему ты мне лжешь? - Руки безвольно опустились выпуская из захвата плечи незнакомца. После резкого взрыва эмоции, голос стал звучать безжизненно, а гневный взгляд не отображал ничего, ни одна эмоция не могла пробиться через остекленевший взгляд, направленный куда-то сквозь внезапно возникшего “друга” восседающего на кровати. Внутри же все кипело. Буря эмоций болезненно выжигала появившиеся было чувства от внезапно ощущения какой-то детской и глупой обиды. Он так долго ждал, надеялся, и вместо того, чтобы насладиться тем, что в этом мире он встретил двоих кто его знает, он ощущает себя так, будто ему плюнули в душу. Кто-то просто пришел и растоптал только-только было взошедшие ростки доверия, немного странных и неказистых, но все же очень ценных.
- Несколько дней… и за последние полгода, ты второй, кто напрашивается ко мне в знакомцы за этот вечер и при этом даже не потрудился назвать своего имени, хотя с твоих же слов, ты проинформирован о моем состоянии. - На лицо легла усмешка и тут же погасла, словно была иллюзией. Сжимая бутылку с газировкой, Айзен никак не мог понять, чем он провинился, что ему приходиться сейчас молча проглатывать обман? Поставив банку на тумбочку, взгляд зацепился на пакетик с хурмой. И все сомнения скользнувшие было на передний план, постыдно вжали свои мерзкие головы обратно. И разговор с врачом. И Гин, его подчиненный. И лук из воздуха. Шинигами. Квинси.
Один вечер, не прошло еще и часа после прошлой фантасмагории, а как сильно он сумел повлиять на мировоззрение одного взятого не человека. Встречи могут быть радостными и не очень, но, каждая встреча - опыт, который приносит человек с собой. И этот опыт грузом откладывается на изнанке, и не всегда этот груз так уж необходим, но он балластом тащиться следом и рад бы выбросить, да он уже слит с тобой, и никакая ампутация тут не поможет. "Только если стереть из памяти." От подобной мысли стало как-то совсем не хорошо не хорошо. В глазах потемнело, а в ушах зазвучал протяжный высокочастотный звон, он даже на мгновение замер, рефлекторно хватаясь рукой за ближайшую стену, другой же держась за ткань на вороте больничной юкаты, где в груди все еще билось перламутровое сердце, напоминая о себе резким жаром в груди.
- Ты знаешь моё имя. Ты говоришь, что у меня есть дом. Но, это ведь ложь… Я знаю, я не человек. У меня нет здесь дома. У меня никого здесь нет! - Левый глаз начал резко видоизменяться, заставляя темный янтарь блекнуть, а белок заполнять тьмой. - Ложь, одна только ложь кругом. Столько времени… сначала Исида-сан, сейчас ты пришел и несешь ахинею. Лишь Гин не соврал мне! Как же я устал от всего этого! - Выкрикнув последнее слово барьер треснул и быстро пошел трещинами, но устоял, но вот сможет ли он выстоять после очередного резко возросшего давления - вопрос? В порыве, Айзен даже не заметил, как раскрыл существование Ичимару, считавшегося давно почившим героем. Да и откуда ему было знать об этом? Он наконец-то смог вывалил всё что у него скопилось на душе. И вместо того, чтобы получить ответы на свои вопросы, все еще больше усложнилось.[icon]http://s5.uploads.ru/wsaxX.jpg[/icon]

+1

7

И все-таки бывший лейтенант был чудовищно жалок сейчас. Немая мольба в его глазах, отвращение к окружающим и к себе самому в каждом его движении, эмоциональная нестабильность. Сколько лет они служили вместе в одном отряде, но никогда, ни разу в жизни Шинджи не замечал за Айзеном ничего подобного. Не показывал ли истинного себя лейтенант за эти годы, не видел ли все это сам Хирако - не так уж и важно сейчас. Суть состоит лишь в том, что перед капитаном сейчас стоял жалкий и сломленный человек. С одной стороны вайзарду было его жаль, с другой же - внутри все так же кипела злость по отношению к Айзену. Столько лет пытаться ее загасить, чтобы однажды снова не суметь удержать себя в руках, находясь с бывшим лейтенантом лицом к лицу. Ирония судьбы, не иначе.
- Закрой свой рот!
Тон капитана пятого отряда сейчас был отнюдь не дружеским, скорее командным и в какой-то степени даже грозным. Хирако редко повышал голос на кого-бы то ни было, даже будучи во главе своего большого отряда, но когда он все-таки его повышал, подчиненные предпочитали замолчать и подчиниться. Даже когда он сотню лет был негласным лидером воинов в маске, ни один из товарищей не смел идти поперек его слова. Под маской несерьезности и легкомыслия скрывался твердый стержень, благодаря которому Шинджи и удалось стать тем, кем он всегда являлся.
- После того, что произошло, ты еще спасибо должен сказать мне за то, что ты торчишь здесь, а не среди вечной темноты и холода Мукена. Тебе дали шанс жить нормальной жизнью, так и живи ей, кретин. Я не для того поддержал решение главнокомандующего, чтобы ты вернулся к тому, с чего начинал, Соуске.
Выражение лица капитана было серьезным, даже разгневанным. Злость клокотала внутри него, желая найти выход наружу. Вместо этого вайзард мертвой хваткой сдерживал внутри себя то, что рвалось наружу, то, что просило расставить все точки над и здесь и сейчас, то, что появилось внутри него век назад. И, быть может, Шинджи для себя давно решил, что он забыл все события столетней давности, позволив им развеяться вместе с западным ветром, вот только пустой не забыл ничего. Именно его вторая сторона настаивала сейчас лишь на том, чтобы снести бывшему сослуживцу голову, закончить все, что началось настолько давно, что уже успело смениться несколько поколений. Возможно, это было бы лучшим и более правильным, даже милосердным решением, вот только Хирако не мог пойти на такую подлость. Во-первых, Айзен все-таки оказал им большую помощь в войне с квинси, ну а во-вторых, сражаться с тем, кто ни черта не помнит, а еще и не имеет меча - низко. Это не принесет ему чести, только добавит боли, точащей изнутри многие годы.
Так же быстро, как вайзард вспылил, так же быстро он и остыл. Нет, сейчас перед ним не его лейтенант, а лишь его тень. Не стоило забывать о том, что перед ним абсолютно другой человек, без памяти, без друзей и врагов. Сейчас перед ним тот, кто как никогда нуждается в помощи и поддержке. Наверное, бывшего Айзена передернуло бы от мысли, что его капитан думает о нем такие вещи, вот только сейчас иначе и быть не могло. Просто не получалось, не смотря на все произошедшее.
Проведя ладонью по лицу, словно снимая с лица паутину, Хирако усмехнулся.
- Гин? Выходит, он был здесь. То-то я смотрю, хурма на тумбе лежит.
Цокнув языком, Шинджи скорчил недовольную гримасу, подперев внезапно потяжелевшую голову ладонью. Проблем все прибавляется и никак не становится меньше, с каждым днем дела обстоят все хуже и хуже, даже без этого. А теперь этот проклятый лис под маской доброжелательности в который уже раз путает лично ему, Хирако, все карты. И как всегда все чертовски не вовремя.
"Вот как, значит. Ичимару все-таки выжил. И опять этот чертов мальчишка путается под ногами".
- Знаешь, Соуске, быть может, он единственный сказал тебе правду, вот только я не советую тебе верить ему. Не потому, что я чего-то опасаюсь, а потому, что слишком хорошо знаю вас обоих. Ты даже не представляешь насколько хорошо. Если когда-нибудь придет время, я, пожалуй, сам тебе все расскажу. И, надеюсь, что ты сумеешь понять меня и тот шанс, который случайно свалился на твою дурную башку. Ну а теперь, - Шинджи широко улыбнулся. - Теперь - спи. Сладких снов, Айзен, ужасно был рад тебя снова увидеть.
Хирако поднял руку на уровень глаз бывшего лейтенанта и мысленно произнес формулу своего любимого кидо.

+2

8

Непривычный холодок прошелся по спине от резкого ответа. На него кричали. И это было так непривычно, столь несуразно, что заставило мгновенно остыть и прийти в себя. В шаге от трансформации, в мгновении от осознания и составления всех кусочков мозаики в единую картину, от воспоминаний - обрывками вспыхивающих перед глазами и застилая перед собой все - комнату, белые стены, тумбочку, кровать - лишь черный мрак и боль терзающая душу. Было ли это на самом деле, или было это когда-то давным давно, или это был плод его разгоряченного воображения? Все это было не важно. Важны были лишь слова, которые он жадно внимал, которые были правдой.
- Шанс… и ты это называешь шансом? - Взмах руки - очерчивающим помещения, ставшей его тюрмой. Ирония. Чистая, незамутненная ирония сквозила в каждом слове, в каждом его действии. - Да, Хирако Шинджи?
От названного вслух имени пробрала дрожь. Он даже не сразу понял, что это он сам назвал бывшего капитана по имени, хотя никто его не говорил, но то что знает его и знает слишком хорошо, чтобы на чистом автопилоте говорить слишком знакомые вещи, имена и факты - и это пугало. Удивление и страх сами собой отобразились на живом лице, Айзен даже не успел понять и осознать сей факт, чтобы прикрыться какой бы то ни было маской. Любой, чтобы скрыть искренние эмоции. Но, что еще он знает? Что еще хранит в секрете его собственная память? И как же вскрыть этот тайник, чтобы не прибегать к крайним мерам? Да уж, каждая крупица информации о прошлом сопутствует боли и разочарованию. А это значит, что с этого момента он никому не может верить, доверять можно лишь себе. О том, чтобы открывать перед кем бы то ни было свои мысли и переживания, теперь даже речи быть не может. Так что, совет не верить Гину, даже показался смешным. А желание сделать все наоборот, сильнее.
Мы работали в паре? Я ведь был его командиром, так он сказал, почему я не должен ему верить? Возможно мы совершили что-то, вот только что? Не помню. Я помню какие-то ненужные детали, лица, но почему я не могу вспомнить причину?
Мысль оборвалась, когда блондин оказался на расстоянии вытянутой руки, и Айзен даже мог наблюдать все линии на его ладони и прочитать о судьбе, если бы мог. Но голова резко закружилась. Он чувствовал волны неведомой, но очень знакомой силы пронизывающее его тело, забирающееся в подкорку одсознания и ничего, совсем ничего не мог сделать. Никакая сила воли не могла заставить лишенного своих сил духовное существо противостоять магии богов смерти.
И все же...
Шаг назад. Опущенная голова. И жуткая боль в груди пронзила сильнее, словно пыталась насквозь прожечь адским жаром грудную клетку. Мир словно подернутые тонким маревом плыл, но сознание отказывалось снова проваливаться во тьму. Он там сегодня уже был. И возвращение к жизни, чуть было не откинуло все труды по сохранению крупиц настоящего, столь неправдоподобного и удивительного одновременно, в самое начало, чуть было не забыв снова, кто он такой, как его звать и где он находится? И вот снова. Нет, такое не должно повториться!
- Значит... это правда. Виноваты... шинигами. - С трудом собрав остатки сил и еле ворочая языком, Айзен все же заставил себя озвучить мысль прежде, чем упал на колени перед своим прошлым врагом, почти теряя сознание и не имея сил противиться заклинанию, но все еще удерживая сознании на границе яви и сна. Чувствуя, как сердце бешено бьется, а воздух с трудом продирается в легкие. Если он не человек, то почему он ощущает все так живо? А душа испытывает чувства? Разве машины по сбору душ почивших людей должны иметь их? Это так больно…
- Зачем, ты это делаешь? - Ладонь скользнула по стене, пытаясь удержаться, подняться, но безвольно опустилась. Тело отказывалось подчиняться разуму, но воля была сильнее, а сознание все так же оказывалось покидать эту бренную оболочку, которая давила своей тяжестью, сковывала движения, которую хотелось снять как старое пальто. - Отпусти.
А в это время волны реацу словно хаотические электрические заряды бились о стены ища лазейку, выход, но не имея пока возможности навредить кому-нибудь, не то что подавить кого-либо и/или даже простенькое кидо.
[icon]http://s5.uploads.ru/wsaxX.jpg[/icon]

0

9

- Нет, Урахара-сан, я не могу с вами согласиться.
Укитаке поставил чашку на стол. Вот он, тот самый момент… Слова Урахары отдавались тупой, тянущей тревогой — очень уж не понравилось капитану это «помогли по-своему», хотя слова про новую жизнь и казались заманчивыми.
Если подумать, что бы ни случилось, все было намного лучше той участи, что была уготована Айзену изначально. Мукен был по-настоящему страшным местом, и при одной мысли о двадцати тысячах лет… уже становилось страшно.
Да, всегда можно сказать что-то вроде «по деяниям твоим», зло повержено, добро восторжествовало, как в сказке, вот только жизнь — не сказка, и в ней нет ни зла, ни добра. Поэтому он и сидит здесь и говорит все эти слова, поэтому и хочет разыскать Айзена — интуиция подсказывала Укитаке, что это «помогли» чуть лучше Мукена на самом деле. Справедливость? Нет, как ни удивительно, совесть была спокойна. Он искупил свое. Участием в войне и… ну да, и спасением жизни. Начать с чистого листа — это как раз и значит отбросить те воспоминания и просто протянуть руку.
Кьека Суйгецу смотрел на Укитаке, он так же внимательно смотрел на занпакто — глаза в глаза. И ответ — словно камень с души сбросили, а ты и не знал, что носил такой тяжелый камень. Капитан спокойно выдержал оценивающий взгляд  — сколько их было в жизни, этих взглядов союзников, врагов, врагов, притворяющихся союзниками и прочих… Важно было не это. Преданность Кьеки своему хозяину — вот что главное. Даже после всего — Укитаке был наслышан о том, что Айзен отказывался от своего занпакто. Представить невозможно, что я смог бы отказаться от Согье но Котовари вот так вот… это же часть души! Поэтому...
- Обещаю. Я не причиню ему вреда. Только то, что я сказал — узнать, что с ним, и если необходимо, помочь. По вашим словам мне кажется, что помочь придется.
Капитан встал, коротко поклонился. Самое главное он узнал, дольше задерживаться здесь смысла не было. Нужно было переходить от слов к делу. Укитаке и не думал, что Урахара приведет его к Айзену — слишком маловероятно. Особенно если он действительно участник всей этой истории. А вот везение на странные встречи, недомолвки, которые можно прочитать между строк, случайно оброненные слова — это было не менее ценным, чем прямой совет. Тем более что все обернулось, кажется, довольно удачно.
- Спасибо, Урахара-сан, за все. Мне пора.
И вышел следом за Кьекой Суйгецу, который даже не обернулся, чтобы убедиться, что за ним последуют.
Добрались они достаточно быстро, не проронив по дороге ни слова. Укитаке хотел было спросить «и как мне его здесь найти», но осекся, почувствовав сильную реяцу. Очень знакомую. Волна силы, казалось, хлестнула по лицу. Укитаке переглянулся с Кьекой Суйгецу, но не получив ответа, быстрым шагом вошел в здание больницы.
В том, что люди, не наделенные духовной силой, его не видели, был свой плюс — можно было не тратить время на переговоры, просьбы пропустить его и подобные вещи. Волна реяцу шла с верхних этажей, но чувствовалась даже здесь. Что там случилось? Почему вообще больница? Что происходит?
В несколько шагов сюнпо, никем не замеченный, он добрался до нужного этажа. Еще и барьер…
Верно. Память услужливо подсказала имя главного врача больницы и кем он был. Всплывали и другие картины — мальчишка в очках, друг Ичиго, слова про гордость квинси… Да. Сейчас все это не имеет значения. Официально потом. Укитаке одним движением снес барьер и распахнул дверь в палату.
...И чуть не задохнулся от тяжести реяцу. «Виноваты шинигами»? Что здесь происходит, в конце-то концов? Не таким он ожидал увидеть Айзена… Не растерянным и обессиленным, и этот его вопрос говорил сам за себя. Вот, значит, как помогли? Сочувствие, обида, непонимание и удивление сплелись в тугой клубок, поселившийся в груди и давивший камнем. Еле слышный голос справедливости, вещавший, что это все же лучше Мукена и что наказание, какое-никакое быть должно, звучал еле слышно. Нет, не должно! Так — не должно. А как — неизвестно. Судить — самое трудное, особенно в таких вопросах, когда совесть идет вразрез с законом.
Все это промелькнуло в мыслях Укитаке за несколько секунд, в которые он метнулся к бывшему капитану и Владыке, чтобы поддержать, подхватить. От реяцу становилось все труднее дышать.
- Все, все, - успокаивающе проговорил капитан. - Все хорошо.
И только тут он заметил, что в палате они с Айзеном не одни.
- Хирако-сан? Не ожидал вас здесь встретить, - сказать это получилось на удивление спокойно. - Объясните, что все-таки здесь происходит? Ну что ты, так на полу и уснешь? Давай, ложись на кровать, как положено, - последние слова были адресованы Айзену. Укитаке помог ему добраться до постели, накрыл одеялом, машинально погладил по волосам, как ребенка — ладонь дернуло, как бывает, когда гладишь кошку, чувствовалось, как неведомая сила ищет выход. И неужели они рассчитывали, что смогут запереть это?
Вспомнив предыдущий выброс реяцу и вой Пустых, так переполошивший его в магазине Урахары, Укитаке понял, что именно случилось, и допустить такое второй раз… Сложив ладони для кидо, он произнес заклинание, установив на палату новый барьер. Если, это, конечно, поможет...

Отредактировано Ukitake Jushiro (2018-04-16 20:00:03)

+2


Вы здесь » BLEACH. IMPOSSIBLE » ­Сюжетные эпизоды - bleach - » Гораздо легче строить вновь, чем перестраивать старое


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC